buy generic cialis online 5f72ab5d

Абрамов Федор Александрович - Жила-Была Семужка



Федор А.Абрамов
ЖИЛА-БЫЛА СЕМУЖКА
Северная сказка
1
Ее звали Красавкой.
Это была маленькая пестрая рыбка, очень похожая своей
золотисто-палевой, в красных пятнышках, расцветкой на гольянов - самую
нарядную рыбешку северных рек.
Вот только голова у Красавки была большая, непомерно толстая, и,
наверно, поэтому те же самые гольяны - их семейка жила рядом, в тихой
заводи у берега, - никогда не заглядывали к ней на быстринку.
Быстринка-маленькая веточка-протока, оторвавшаяся от пенистого порога.
От главной речной дороги, по которой гуляют большие рыбы, ее отделяет
серый ноздреватый валун. Сверху валун густо забрызган белыми пятнами - на
нем постоянно вертятся трясогузки, а под валуном-- промоины, спасительные
промоины с холодной ключевой водой. Жарко - ныряй в промоины, разразилась
буря-непогодь-и опять выручают промоины. А главное-где бы она укрывалась
от врагов?
Врагов много. Враги со всех сторон. Зубастые щуки, рыскающие в
прибрежной осоке, огнеперые разбойникиокуни, налимы-притворщики, наподобие
серых палок залегшие у камней, и даже ерши. Ужасные нахалы! Подойдут
скопом к быстринке, развернутся, как для нападения, и стоят -
неприступные, ощетинившиеся, выпучив большие синие глазищи.
Поэтому Красавка-ни на шаг от своей быстринки.
С утра она ловила букашек и пауков, которых приносило течением, а
затем, если было солнечно, играла: то подталкивала носиком искрометные
камешки на дне, то прыгала за изумрудными стрекозами, снующими над самой
водой, а иногда, ради забавы, даже кидалась на какого-нибудь зазевавшегося
малька.
Но особенно она любила наблюдать за большими рыбами. Она часами могла
смотреть на пляску проворных хариусов в шумном пороге, на стремительный
бег красавцев сигов, которые, подобно серебряной молнии, прорезали темные
глубины плеса - огромной ямины, начинающейся сразу за валуном.
В общем, ей нравилось житье на веселой быстринке.
Но вот наступили темные, хмурые дни, с дождями, туманами, и Красавка
затосковала.
Солнце теперь показывалось редко, сверху все время сыпались листья,
лохматые, разбухшие, и на быстринке было неуютно и сиротливо. А по ночам к
валуну стал наведываться обжора-налим. Скользкий, безобразно голый, морда
с усищами, он подолгу шарил под валуном, принюхивался, тяжело сопел.
Красавка еще глубже забивалась в промоины и до самого рассвета дрожала от
страха. И так ночь за ночью.
Что делать? Куда податься?
Однажды утром, в который раз размышляя над своей судьбой, она вдруг
увидела слева от валуна, на плесе, там, где пролегала главная дорога в
реке, огромную, незнакомую ей рыбу. Рыба неторопливо плыла вниз по
течению, и, когда она изредка взмахивала хвостом, от нее расходились
волны. А как она красива была, эта рыба! Тело длинное, сильное, в розовых
и золотистых пятнах, могучие темные плавники с оранжевой каймой...
Едва проплыла эта удивительная рыба, как вслед за нею показалась стайка
пестряток-таких же цветастых рыбок, как сама Красавка, но только побольше
ростом.
И что поразительно: пестрятки бежали весело и беззаботно, словно по
меньшей мере они находились под покровительством этой рыбы.
Недолго раздумывая, Красавка поплыла им наперерез.
- Скажите, пожалуйста, - очень вежливо обратилась она к ним, - что это
за рыба прошла мимо?
- Как? - удивились пестрятки. - Ты не знаешь свою родственницу семгу?
- Родственницу? - пролепетала изумленная Красавка. - Значит, и я буду
такой же сильной рыбой?
- Ну а как же... Вот еще дуреха! - расхохотались пестрятки. - Да от



Назад