5f72ab5d

Аверченко Аркадий - Шутка Мецената



Аркадий Аверченко
Шутка мецената
* Часть I. КУКОЛКА *
Глава I. ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО СКУЧАЕТ
- Должен вам сказать, что вы все - смертельно мне надоели.
- Меценат! Полечите печень.
- Совет неглупый. Только знаешь, Мотылек, какое лучшее лекарство от
печени?
- Догадываюсь: всех нас разогнать.
- Вот видишь, почему я так глупо привязан к вам: вы понимаете меня с
полуслова. Другим бы нужно было разжевывать, а вы хватаете все на лету.
- Ну, что ж... разгоните нас. А через два-три дня приползете к нам, как
угрюмый крокодил с перебитыми лапами, начнете хныкать - и снова все пойдет
по-старому.
- Ты, Мотылек, циничен, но не глуп.
- О, на вашем общем фоне не трудно выделиться.
- Цинизмом?
- Умом.
- Меня интересует один вопрос: любите вы меня или нет?
- Попробуйте разориться - увидите!
- Это опасный опыт: разориться не шутка, а потом, если увижу, что вы
все свиньи, любящие только из-за денег, - опять-то разбогатеть будет уже
трудно!
- Я вас люблю, Меценат.
- Спасибо, Кузя. Ты так ленив, что эти четыре слова, выдавленные безо
всякого принуждения, я ценю на вес золота.
В большой беспорядочной, странно обставленной комнате, со стенами,
увешанными коврами, оружием и картинами, - беседовали трое.
Хозяин, по прозванию Меценат, - огромный, грузный человек с копной
полуседых волос на голове, с черными, ярко блестящими из-под густых бровей
глазами, с чувственными пухлыми красными губами - полулежал в позе
отдыхающего льва на широкой оттоманке, обложенной массой подушек.
У его ног на ковре, опершись рукой о края оттоманки, сидел Мотылек -
молодой человек с лицом, покрытым прихотливой сетью морщин и складок, так
что лицо его во время разговора двигалось и колыхалось, как вода, подернутая
рябью. Одет он был с вычурной элегантностью, резко отличаясь этим от
неряшливого Мецената, щеголявшего ботинками с растянутыми резинками по бокам
и бархатным черным пиджаком, обильно посыпанным сигарным пеплом.
Третий - тот, кого называли Кузей, - бесцветный молодец с жиденькими
усишками и вылинявшими голубыми глазами - сидел боком в кресле, перекинув
ноги через его ручку, и ел апельсин, не очищая его, а просто откусывая
зубами кожуру и выплевывая на ковер.
- Хотите, сыграем в шахматы? - нерешительно предложил Кузя.
- С тобой? Да ведь ты, Кузя, в пять минут меня распластаешь, как
раздавленную лягушку. Что за интерес?!
- Фу, какой вы сегодня тяжелый! Ну, Мотылек прочтет вам свои стихи. Он,
кажется, захватил с собой свежий номер "Вершин".
- Неужели Мотылек способен читать мне свои стихи? Что я ему сделал
плохого?
- Меценат! С вами сегодня разговаривать - будто жевать промокательную
бумагу.
В комнату вошла толстая старуха с сухо поджатыми губами, остановилась
среди комнаты, обвела ироническим взглядом компанию и, пряча руки под
фартуком, усмехнулась:
- Вместо, чтоб дело какое делать, - с утра языки чешете. И что это за
компания такая - не понимаю!
- А-а, - радостно закричал Мотылек, - Кальвия Криспинилла! Magistra
libidinium Neronis!
- А чтоб у тебя язык присох, бесстыдник! Этакими словами старуху
обзываешь! Боря! Я тебя на руках нянчила, а ты им позволяешь такое! Нешто
можно?
- Мотылек, не приставай к ней. И что у нее общего, скажи, пожалуйста, с
Кальвией Криспиниллой?
- Ну, как же. Не краснейте, Меценат, но я пронюхал, что она ведет
регистрацию всех ваших сердечных увлечений. Magistra libidinium Neronis!
- Гм... А каким способом ты будешь с лестницы спускаться, если я
переведу ей по-русски эту латынь?..
- Тcсс! Я сам п



Назад