5f72ab5d

Авраменко Олег - Карсидар 2 (Воины Преисподней)



ОЛЕГ АВРАМЕНКО
ВОИНЫ ПРЕИСПОДНЕЙ
Пролог
ПОСЛЕДНЕЕ МОРЕ
Ловко лавируя против ветра, плавно переваливаясь с борта на борт,
небольшой бриг уходил всё дальше в открытое море.
Последнее западное море, подумать только...
Читрадрива стоял около самого бушприта, крепко вцепившись в фальшборт, и
смотрел в недосягаемую даль, туда, где сплошь затянутый серыми тучами небосвод
смыкался с морской поверхностью, горбатившейся водяными валами. Промозглый
северо-западный ветер швырял солёные брызги ему в лицо. При такой мерзкой
погоде южному человеку, привыкшему к мягкому климату родины, недолго и
простудиться. Но Читрадрива не отворачивался, а если оглядывался иногда, то
лишь затем, чтобы проверить, на месте ли принайтованная к палубе около
фок-мачты железная клетка. Разумеется, с помощью голубого камня в перстне,
подаренном ему на память Карсидаром, он мог постоянно держать под контролем
эмоции заключённого в клетке хана и мгновенно почуять его испуг, если бы
крепление хоть немного ослабло. Однако пленник давно утратил всякий интерес к
жизни, уже ничто не привлекало его внимания, и вряд ли такая "мелочь", как
опасность внезапно расстаться с жизнью, способна была вывести его из состояния
полнейшей апатии. Кроме того, Бату прекрасно понимал, что его вывезли в
открытое море отнюдь не на увеселительную прогулку! Но даже осознание близости
собственной смерти нисколько не взволновало его...
Читрадрива поморщился. Да уж, хорошенький результат дала поездка по разным
странам с пленённым ханом Бату в клетке! Сколько же земель они посетили?
Угорщина, Польша, Богемия, Германия, Франция, Наварра, Арагон, Кастилия. И
наконец, Португалия - самая западная страна, после которой уже не было ничего,
кроме безбрежного моря, раскинувшегося до края земли. И везде некогда великого
и грозного хана ждало одно и то же - оскорбления, насмешки на непонятных
языках, понятный и без толмача хохот в лицо, довольное улюлюканье, свист,
летящие в него нечистоты... Перед покрытой налётом ржавчины клеткой,
выставлявшейся на площадях многочисленных городов, люди превращались в
разнузданных животных, которые потешались над беспомощным хищником, впавшим в
полное уныние.
А причина всему одна - страх! Вернее, громадное облегчение от осознания
того факта, что опасный зверь изловлен, связан, острые зубы у него вырваны,
когти обломаны, хвост отрублен, а сам он вымазан дёгтем и вывалян в перьях. Над
таким пугалом можно вдоволь потешиться. Не кусается...
Балаган, настоящий ярмарочный балаган, от которого пленник постепенно
сходил с ума. Вот что озлобленное, беснующееся человеческое стадо способно
сделать с отдельно взятой личностью! А великий татарский хан к тому же был
личностью далеко незаурядной! Читрадрива, который, в отличие от Карсидара, не
питал жгучей ненависти к ордынцам, временами даже сочувствовал Бату. Он мог
представить себя на его месте, ибо и сам когда-то давно был замкнут в подобной
клетке и подвергался издевательствам со стороны злорадствующей толпы. И только
вмешательство мастера Ромгурфа, не забывшего об оказанной ему услуге, спасло
Читрадриву от неминуемой смерти.
Да, если бы не та досадная история в Орфетанском крае и не совет
умирающего мастера Ромгурфа, Карсидар ни за что не пригласил бы презренного
гандзака в поход к загадочным южным горам, и Читрадрива никогда не очутился бы
в Риндарии. И никогда не узнал бы, что Риндария на самом деле столь огромна и
лежит так далеко от Орфетана. Как же их проволокло-то по пещере с лиловым



Назад