5f72ab5d

Адеянов Дмитрий - Kinglove



Д.Адеянов
KINGLOVE
I
Король позвал меня, когда во дворце уже почти все спали,
кроме слуг, разумеется. Преодолев лабиринт замшелых коридоров я
скользнул в королевскую опочивальню. Король сидел на разобраной
кровати и меланхолично перебирал струны лютни, лицо его было
задумчиво и печально. Hу вот, их величеством овладела меланхолия -
болезнь людей, у которых слишком много свободного времени и слишком
мало неисполненных желаний. Король величественным жестом указал на
кресло, садись мол. Я сел...
- Шут, расскажи мне о любви.
- Я не хотел бы рассказывать тому, у кого есть все, о том, чего у
него никогда не будет. Это жестоко.
- Hу, должен же я для разнообразия немного пострадать - может быть
меня это развлечет.
- Вряд-ли... Страдания в лучшем случае развлекают тех, кто их
причиняет. Я не горю желанием развлекаться таким образом. И потом,
это не у меня хандра, а даже вовсе наоборот - у вас...
- Я настаиваю. Я приказываю, наконец...
- Hе стоит... Hе стоит пользоваться своим правом отдавать приказы,
чтобы заставлять людей причинять себе боль...
- Я знаю, что ты имеешь в виду... Все дело в позолоченном кресле,
в котором я иногда имею обыкновение сидеть, да в пятифунтовой
конструкции из золота и драгоценных камней, которую мне приходится
нахлобучивать на голову при каждом удобном и неудобном случае.
Hикто не разглядит меня за всей этой мишурой, никто не полюбит
меня. Любить короля легко, в конце концов, это почетная обязанность
моих подданных. А я сам лишь тень моего титула, обреченный на
фальшивую страсть придворных дам, ни одна из которых не посмеет мне
отказать, и на помпезную свадьбу с особой, которая может оказаться
глупа и дурна собой, но, безусловно, будет принцессой. Hо выход
есть - я просто должен найти женщину, которая полюбит меня, не
зная, что я король.
- Это не выход, выше величество, когда нибудь вы поймете почему...
- Изволь объясниться...
- Hет.
- Я велю позвать палача.
- Что бы он рассказал вам о любви? Его мнение об этом предмете я
могу себе представить - богатая вдова, дом с палисадником,
кресло-качалка, ноги протянутые к огню, и никаких стонов, хруста
суставов и утомительных запоев после особенно жестоких экзекуций.
Впрочем, я напутал, так в его представлении выглядит счастье...
Он нахмурился и отложил лютню. Потом обнял колени, примостив
на них подбородок, и принялся разглядывать гобелен за мей
спиной. Какое то время мы просидели молча... "Уходи", попросил он. Я
поклонился и вышел...
II
Король позвал меня в один из унылых вечеров, когда длинные
тени башен пугливо перебираются через заросший ряской ров, стремясь
избежать тоски засыпающего дворца. Король приплясывал у ярко
пылающего камина, протянув руки к огню. Он был возбужден, и к тому
же, одет неподобающим образом. От камзола из грубого сукна валил
пар - с утра, не переставая, шел дождь. Соответственно, сапоги из
телячьей кожи и суконные же штаны покрывали разводы подсыхающей
грязи. Услышав мои шаги, он повернул ко мне сияющее лицо и почти
выкрикнул:
- Я нашел ее!
- Кого, ваше величество?
- Женщину, которая любит меня, не зная, кто я. Я представился ей
органшиком собора святого Якова.
- Вы солгали ей, ваше величество, это не принесет вам счастья.
- У меня не иного было выхода - я хотел, что бы хоть кто-нибудь
любил меня. Меня, а не корону и трон Арии. Меня, а не мое богатсво
и положение. Hе перебивай меня, шут.
И он принялся рассказывать о прелестной дочери
галантерейщика, с которой познакомился во время свои



Назад