5f72ab5d

Аксеничев Олег - Князь Игорь 02 (Дорога На Тмутаракань)



ОЛЕГ АКСЕНИЧЕВ
ДОРОГА НА ТМУТАРАКАНЬ
КНЯЗЬ ИГОРЬ – 2
Аннотация
Продолжение книги «Шеломянь».
Для языческих богов настали горькие времена. В мир пришла Христова вера, обрекая их на изгнание, забвение, исчезновение.
Охваченные страхом, они неусыпно следили за теми, от кого теперь зависела их судьба. А людям было уже не до них — люди истребляли друг друга в бесконечной битве.
И вот жарким днем 1185 года над Диким Полем внезапно почернело солнце. Возможно, боги хотели предупредить о грядущей беде русских витязей. Возможно, они приняли сторону половцев и решили напугать их врагов.
«Если вернуться не сразившись, то позор будет хуже смерти», — сказал, отметая все сомнения, князь Игорь своей дружине...
Вместо предисловия
Мы все еще в седле, не правда ли?
Кони рвутся к горизонту, сбивая копытами в пыль иссохшие степные травы...
А в лицо нам — не ветер, но само время. И чем быстрее мы скачем вперед, тем стремительнее бегут прочь годы, десятилетия, века.
В век двенадцатый, век страшный и жестокий, героический и благородный. Как и любой другой, собственно.
Нашим героям явлено было знамение: посреди дня угасло солнце. Боги, быть может, хотели предупредить, уберечь от беды. Или же они гневались на людей.

Но когда богам страшно, случаются и иные знамения.
И кто знает, что впереди?
Впереди — степь и рассвет...
1. Дорога к Каяле.
1-7 мая 1185 года
Рассвело, словно не вечер был, а утро. Всадники, сгрудившиеся на переправе через Малый Донец, не торопились вести коней в воду. Ждали князя Игоря, словно он был способен защитить от страшного знамения в небесах или, по меньшей мере, раздвинуть воды, подобно Моисею.

Только несколько черниговских ковуев, подчиняясь повелительному жесту Ольстина Олексича, перебрались, растревожив неспешное течение реки, на другой берег и отправились на разведку.
Солнце, едва не погибшее только что, оставалось у сторожи за правым плечом, там, где христианин мечтает увидеть своего ангела-хранителя, а язычник — нить судьбы, нерушимо связывающую его с миром богов.
Солнце разгоралось, как угли в не до конца затушенном кострище.
Игорь Святославич подъехал к дружине в окружении напуганных, а оттого еще больше настороженных гридней. Последним, уже за линией охраны, двигался Миронег, опустивший взгляд к луке седла.
Перед князем Игорем всадники расступались, очищая дорогу, и вскоре он оказался в центре полукруга, человеку суеверному напомнившего бы серп зловещего солнечного затмения.
— Видели? — спросил князь Игорь так тихо, что многие и не расслышали его. — Видели знамение?.. Понимаете, что оно значит?..
— Князь! — ответил кто-то из дружинников. — Не на добро знамение это!
— Братья и дружина! — сказал князь Игорь, и голос его окреп, зазвучал мощно, как во время боя. — Тайны Божьи известны немногим, а знамению этому Творец тот же, что и всему нашему миру. Что сотворено Богом — на добро нам или на зло, — ему ведомо, не нам! Что делать теперь будем, ответьте?!
— Не наше время для похода, князь, — загомонили дружинники и бояре.
Игорь Святославич взглянул на сына, князя путивльского Владимира. Тот сидел, выпрямившись в седле, как суслик на пригорке, и лицо юноши окаменело. В камне этом высечена была непреклонная решимость продолжать задуманное.
— Возвратиться прикажете? — спросил Игорь, оглядывая ряды дружинников. — Не то что копья не преломив с неведомым противником, но, даже не увидев его? Не проведав, есть ли он вообще?
Глухой ропот был ответом князю. Воины понимали, что бесславное возвращение станет пятном тру



Назад